наверх страницы
к следующей статье >>
<< к предыдущей статье
писатель-юморист
метафизик-романист
философ,   академик
Шпана

Я каждое лето езжу к тетке в деревню. Река рядом, рыбалка - отличненько. Ничего у тетки не делаю. Даже за водой не хожу.
Лежим мы так с ребятами однажды на берегу после купания, дрожим и здесь слышим кто-то нас приветст-вует.
- Здор-р-рово, мужики!
Оборачиваемся, а это карапуз - шестилетний Санька. Стоит и эдак выжидательно на нас поглядывает. Кепка огромная, чер¬ная и глаза черные-черные.
А нам для полного веселья только его и не хватало.
- О, Саня, - говорим, - здорово, здорово! Ну-ка, спой что-нибудь.
А, надо сказать, Саня этот песен и частушек знал превеликое множество. И приличных, и неприличных, всякие знал. И пел их всегда с удовольствием. Видимо, от рождения был артис¬том.
Упрашивать его и в этот раз не пришлось. Сдвинул козырьком вбок кепку и с невозмутимым видом, никого не стесняясь, запел:

А мы Аме-рику дог-нали
В произ-вод-стве мо-ло-ка.
Но по мя-су не дог-нали,
Хрен сло-мал-ся у бы-ка.

Спел и выжидательно уставился на нас. Где же, мол, аплодисменты?
И мы ему похлопали. Потому как действительно неплохо было.
Затем я ему говорю:
- Слушай, Санек! А хочешь я тебя сейчас научу самым модным в городе песенкам? «Садистские» называются. У нас, в техучилище, их все распевают.
На что карапуз тут же напыжился.
- Мама говорит, что ты ничему хорошему все равно не научишь. Тебя в городе вся шпана знает. Скоро, говорит, из ремеслухи выгонят.
Я от души, от самого сердца весело ему рассмеялся.
- Да шутит она, дурень, шутит. Перестань... Вот, послушай. Тебе обязательно понравится.
Ребята, что были рядом, затихли, а я, поудобнее обхватив колени и плотоядно улыбаясь, стал вполголоса напевать:
Доч-ка у ма-мы спро-си-ла кон-фетку,
Ма-ма ска-зала: «Сунь паль-чик в ро-зет-ку».
Бы-стро обу-гли-лись дет-ские кос-ти.
Дол-го сме-ялись над шут-кою гос-ти.

Остановился и выжидательно посмотрел на Саньку.
- Ну как, смешно? - говорю.
Тот охотно кивнул головой.
- Тогда, - говорю, - еще послушай.

Па-па при-нес до-мой писто-лет
И поло-жил его на бу-фет.
Дет-ским ша-лос-тям нету кон-ца,
Те-перь у па-ца-на не хва-тает от-ца.

Неплохо, верно же?
И под хохот ребят я напел все что знал. Что-то еще с десяток песенок.


Ну вот, кто бы мог подумать, что у этого пацаненка такая цепкая память окажется. Ведь все шкет запомнил.
Прибегает домой, а там в это время мать с бабкой, с сестренкой Светой сидят за столом и обедают. Так он им еще с порога прокричал веселым голосом:
- Хотите новую песенку?
И, не дожидаясь ответа, запел:

Баб-ка в ле-су со-би-рала ма-лину
И напо-ролась на ста-рую ми-ну.
Я ни-когда не за-буду во сне
Ее го-лубые гла-за на сос-не.

После такой песенки бабуля Саньки чуть не подавилась. Выскочила из-за стола и стала судорожно махать руками. Хорошо еще мать Саньки помогла ей. Подскочила, шлепнула по хребтине. Да так шлепнула, что у бедной бабульки изо рта аж искусственная челюсть выстрелила.
Сестренка Света, перепугавшись, тут же заплакала.
А семилетний Санька, точно соловей, продолжал в упоении отщелкивать дальше.

Как-то Све-та в бу-фетик за-шла,
В ящи-ке цианис-тый ка-лий на-шла.
Ма-ме в чай, па-пе в чай,
На том све-те их и встре-чай.

Тут уже завопила мама. Подскочила к сыну и схватила его за ухо.
- Кто это тебя, паршивец, научил таким гадостям?
Санька понял, что дело плохо, и стал продавать меня с потрохами.
- Дим-ка, - говорит, - шпана город-ская... Ремеслуха несчастный, что к нам приехал... На речке загорает.
Я увидел их, когда они всей командой с моста спускались. Вид матери Саньки мне сразу не понравился. Поэтому, когда они подошли поближе, я на всякий случай отступил на конец нырялки. И правильно сделал, потому как мать сразу же ко мне ринулась.
- Ах ты, бандюга! - кричит. - Ну, увидишь, будешь скитаться в жизни по тюрьмам! Увидишь!
Я торопливо прыгнул в воду. Мать Саньки прямо в платье за мной... О, черт, да она никак хорошо плавает! Правда, на боку, но все равно быстро получается. Несется за мной, гребет, и во все горло выкрикивает:
- Не уйдешь, крысеныш!.. Не уйдешь!.. Все равно утоплю тебя!
А над рекой под мой истошный крик звенел голос шестилетнего Саньки:

Ма-лень-кий маль-чик льдин-ку ко-лол,
Сза-ди к не-му ле-докол подо-шел.
Дол-го цеп-лялись ру-чонки за льдин-ку,
Я не ви-дал ве-селее кар-тинки.


1983 г.
Поделиться: